Висагинский Совет отложил решение по  согласованию технического  проекта комплекса по переработке и хранению ТРО
В Висагинасе 11 05 2009 2337 просмотров

Висагинский Совет отложил решение по согласованию технического проекта комплекса по переработке и хранению ТРО

Одним из шести вопросов, рассмотренных  на  заседании городского Совета 8 мая, был вопрос о согласовании технического проекта  комплекса переработки и хранения  твердых радиоактивных отходов.:::
Напомним, что данный  проект  реализуется  в рамках общего  проекта по снятию  с эксплуатации первого энергоблока ИАЭС и финансируется  из специального фонда доноров  ЕС. В конце 2005 года германская компания RWE  NUKEM  выиграла тендер на проектирование и строительство  комплекса  на площадке Игналинской АЭС. Первоначальная стоимость проекта   составляла 120 млн. евро.  Планировавшиеся сроки реализации  - 4 года, то есть, строительство комплекса намечалось завершить,  аккурат,  к дате остановки второго энегоблока.  Разработка и лицензирование проекта должны были занять  от года по полутора лет, и после его утверждения RWE  NUKEM должна была приступить  непосредственно к строительным работам.
Новый комплекс по переработке и хранению ТРО предназначен для решения двух задач. Первая из них касается накопленных ранее твердых радиоактивных отходов, которые сейчас находятся в действующих хранилищах. Их предстоит пересортировать, упаковать и переместить на хранение в новый комплекс. Вторая задача - это обращение с радиоактивными отходами, которые будут образовываться в результате демонтажа оборудования  первого энергоблока.
Таковы были  планы. На деле получилось, что реализация проекта запаздывает уже на 2,5 года,  и к настоящему времени технический проект  только-только прошел согласование со всеми оговоренными в Законе «О ядерной энергии» институции, кроме  Висагинского самоуправления,  на территории которого он  и будет возводиться. Напомним также, что  место строительства этого проекта неоднократно переносилось. Сначала оно намечалось на территории Игналинского района, затем вблизи границы с Белоруссией. Оба предложения были категорически отклонены, как Советом Игналинского  самоуправления, так и руководством Белоруссии. Таким образом, окончательным местом была утверждена площадка ИАЭС.
И вот, согласно процедуре, в конце апреля этот солидный документ,  со всеми  таблицами,  схемами, согласованиями, оценками экспертов, сопровожденный письмом заказчика – ИАЭС в лице ее генерального директора, был представлен вниманию членов городского Совета и без предварительного обсуждения в комитетах  был сразу вынесен на заседание Совета.
Тот факт, что от  них требуется  скоропалительное решение  по столь важному  вопросу,  вызвал справедливое возмущение наших депутатов. Впервые за последнее время за столом заседаний царило полное единодушие.
Первый вопрос, обращенный к куратору проекта от  самоуправления Ольге Наумовой: «А если мы сегодня не примем решения о согласовании этого проекта,  что тогда?»
- Заказчик не получит разрешения  на строительство этого  комплекса,- был ответ.
- Министр энергетики А. Сякмокас обвинил Висагинское самоуправление в том, что оно является основным виновником задержки строительства этого объекта. В СМИ звучат и другие причины. Что думает по этому поводу атомная станция, как заказчик данного проекта?
На этот вопрос ответил руководитель проекта от ИАЭС Владимир Пеньков: «Причин отставания  несколько. Одна из них состоит в том, что первоначальные версии проекта были сделаны с недостаточным качеством. Со стороны атомной станции поступило много замечаний, и подрядчик их устранял достаточно долго.
После того, как ИАЭС приняла проект с устраненными замечаниями, он был передан в октябре 2007 года на согласование во все государственные  институции. Некоторые из них уложились  в отведенные сроки, а другие сделали это с задержкой. У Государственной инспекции по безопасности атомной энергетики (VATESI), например, было много вопросов и замечаний по технической части проекта. Чтобы ответить на их вопросы и устранить замечания, тоже ушло достаточно много времени.  В принципе, это основные причины отставания.
- Были ли до этого обращения в самоуправление по этому проекту?
-До этого мы в самоуправление по этому проекту не обращались.
- Но вы обращались к администрации самоуправления, обсуждали эти вопросы. От вас потребовали дополнительную информацию и документы перед вынесением этого вопроса на Совет. Вы проигнорировали это требование и не представили запрашиваемых документов. Почему мы сегодня должны согласовывать этот проект, не имея даже выводов экспертизы? Может, эти выводы будут отрицательными.
В. Пеньков. В соответствии с Законом «О ядерной энергии», сначала идет согласование с государственными институциями, куда входит и самоуправление, на чьей территории будет строиться ядерный объект. После этого проводится государственная экспертиза. Таков порядок. Экспертная организация, прежде, чем представить свои выводы, требует от заказчика согласования проекта со всеми государственными институциями. Такое согласование мы получили, не хватает только согласия Висагинского самоуправления. Проект был передан самоуправлению  в 2007 году. Думаю, времени для ознакомления  с ним было достаточно.
- Хотелось бы спросить, не превышаете ли вы свои полномочия, представляя здесь столь важный проект? Почему не прибыли на это заседание генеральный директор, технический директор атомной станции, начальник службы по снятию с эксплуатации?
В. Пеньков. Я являюсь руководителем  проекта, назначенным генеральным директором ИАЭС. И в письме, которое генеральный директор направил на имя самоуправления, я представлен как лицо, которое уполномочено отвечать на все поступающие вопросы.
 
От вопросов члены Совета плавно перешли к выступлениям.
Л. Гурин. Я так понял, что министр, говоря о том, что наше самоуправление является виновником задержки, имел в виду, что проект уже два года лежит у нас, и мы его рассматриваем. И сегодня наши специалисты, внимательно его изучив, сочли его вполне нормальным и вынесли на согласование Советом. Так обстоит дело?
О. Наумова. Не совсем так. В 2007 году заказчик обратился к нам и представил необходимые документы. Мы с ними ознакомились, но перечень представленных документов был неполным. Мы им отписали, каких материалов не достает, чтобы проект был рассмотрен дальше. И вот они в течение этих двух лет представляли недостающие документы. На сегодня не хватает детального плана и экспертизы. В марте нынешнего года внесена поправка в порядок согласования проекта, состоящая в том, что самоуправлению для согласования проекта должны быть представлены выводы экспертизы. До марта этого не требовалось.
Л. Гурин. Значит, если мы согласовываем этот проект, дальнейшие шаги от нас уже не зависят. Выходит, это последний наш шанс повлиять на ситуацию. Все же здесь есть частица нашей вины - нам было дано два года, чтобы выдвинуть наши условия, при которых мы готовы согласовать проект. Но только недавно появилось решение правительства о сокращении для жителей 30-километровой зоны ИАЭС  льготы на электроэнергию, и мы узнали, что после закрытия станции мы перестанем быть городом, который подвергается теоретической опасности от соседства с ядерным объектом, хотя будем находиться рядом с могильником радиоактивных отходов. То есть, практически, для нас ничего не изменилось, теоретическая опасность для нас остается.  Поэтому мы вправе сформулировать свои требования, хотя бы единственно по льготе на стоимость электроэнергии. Остальные: по инфраструктуре и так далее- мы должны были сформулировать раньше, не привязываясь к этому проекту. У нас было достаточно времени, мы знали, что этим все закончится, что закрытие станции неизбежно. А теперь мы окажемся в очень глупом положении. Мы не согласуем чисто технический вопрос из-за каких-то политических требований. Таково мое мнение.
В. Рачкаускас. Насколько я понимаю, проекты эти достаточно объемные в техническом плане. Но судя по проекту строительства новой атомной станции, где рассматриваются все варианты транспортировки грузов для атомной станции, и, соответственно, железнодорожные и автомобильные пути, и  в этом проекте, хотя это только технический проект  самого здания хранилища, но, думаю, что  для осуществления строительства  и доставки строительных материалов здесь тоже может  быть предусмотрено усиление транспортных путей.
Г.Лабачевский, представитель заказчика. Здесь новых транспортных  путей не требуется, и они не предусмотрены в объеме этого проекта. Здесь только доставка отходов с территории станции до этого объекта, для чего будет  строиться небольшая железнодорожная ветка.  
Д. Подчернин. Рядом с городом будет возводиться потенциально опасный объект, который окажет влияние на развитие культуры, туризма, предпринимательской деятельности. Что он даст городу? Когда закладывали ИАЭС, все было предусмотрено, вся инфраструктура, вплоть до автовокзала в Игналине. Что в вашем проекте есть из социального раздела?
В. Пеньков. Ничего из социального раздела нет в этом проекте. Когда строили ИАЭС, это было совершенно другое время, и тогда вопросы решались комплексно. Сейчас у нас коммерческий проект, и строится только тот объект, который предусмотрен договором. На него выделены деньги, и никакие другие цели он не преследует.
Этот проект делается в рамках программы снятия ИАЭС с эксплуатации, и его финансирование предусмотрено из международного донорского фонда. В этом документе оговорены те объемы, которые должны быть сделаны за счет этого фонда, Ничего, кроме того, что там оговорено, не может делаться. Мы ограничены этими рамками.
Д. Пришмантене. Мы не должны разрешать строить этот объект. Мое предложение: сегодня никакого решения не принимать, а собраться расширенным комитетом и выдвигать свои предложения, как можно использовать эту ситуацию в интересах города.
В. Пяткунас. Нам говорят, что этот проект где-то у нас пролежал два года. Лично я его только что увидел, и, думаю, что это относится к большинству членов Совета. Мы не успели даже пропустить проект через комитеты, чтобы понять, чего мы хотим, и чего от нас хотят. Когда же мы, как Совет скажем свое слово в пользу жителей, когда это время наступит? После закрытия станции мы еще долго останемся здесь жить рядом с радиоактивными отходами, и нашим детям, и нашим внукам еще достанется.
Думаю, что мы, на самом деле, имеем сейчас шанс сделать что-то доброе на будущее для жителей нашего города и региона.  А доброе  -это избежать многократного увеличения тарифов на отопление, на электроэнергию, инфраструктура, дороги и т.д.
Это не только наша  беда, это беда всей Литвы. Какие мы можем иметь гарантии, которые компенсировали бы людям то, что они будут жить рядом с таким объектом?
Предлагаю никуда не торопиться, вопрос отложить, обсудить его в комитетах, выработать позицию Совета и наши предложения, чтобы согласовать проект.
В. Мохов. Мы эту проблему рассматриваем в несколько иной плоскости. Технический проект, раз он согласован всеми инстанциями, наверное, хороший проект. Проблема в другом. Если мы принимаем решение построить этот объект, а он является потенциально опасным, мы имеем от него ущерб, и психологический, и моральный. Он будет мешать развитию туристической сферы, отпугивать клиентов. Кто же поедет отдыхать по соседству с могильником? Мы согласимся, если правительство пойдет нам навстречу и в какой-то степени компенсирует наши потери. Сохранение льготы на электроэнергию – это всего лишь один нюанс, а предложить можно многое. И это будут нормальные требования за тот ущерб, который город понесет в случае принятия нами положительного решения.
С. Бабуева. Предложений можно было бы написать много, но вы прекрасно понимаете, что в нынешних условиях кризиса  все это будет нереально выполнить. Я подготовила альтернативный проект решения, где предлагается отложить согласование технического проекта до решения актуальных для общественности Висагинаса вопросов. Первым пунктом здесь значится: сохранить 50-процентную  льготу по оплате за электроэнергию до ввода в действие новой атомной электростанции. 7 мая резолюция по нашей льготе рассматривалась в Сейме, решение отложили до 12 мая. Не исключено, что оно может быть не в нашу пользу. Вторым пунктом идет: решить вопрос об асфальтировании всех городских дорог, велосипедных дорожек и дорог во все садоводческие общества нашего самоуправления. От третьего пункта по льготе на тепло я готова отказаться, потому что цены здесь диктуются рынком, а надолго откладывать согласование технического проекта мы тоже не можем.
Сейчас, я думаю, настало время ультиматумов, и ситуация очень подходящая. Мы имеем право и должны заявить о себе,  и правительство просто будет вынуждено пойти нам навстречу. Иначе, если не будут выполнены наши требования, не будет и этого потенциально опасного объекта.
 Если вы, коллеги,  считаете, что надо отложить решение, давайте отложим и будем рассматривать в комитетах. Но я считаю, что если  даже эти два пункта будут выполнены, это большое подспорье нашему бюджету в нынешних условиях.
И. Красиков. На мой взгляд, все уже сказано, я предлагаю прекратить прения по этому вопросу и вернуться в процедурное поле, пропустить через все комитеты. А что касается присутствующих здесь представителей станции, они просто ответственны за технический проект и не уполномочены отвечать на вопросы по поводу социальных гарантий городу. Поэтому мы должны пригласить на заседания комитетов тех лиц, кто может ответить на эти наши вопросы.
Д. Подчернин. Я предлагаю сегодня подготовить письмо нашему уважаемому министру. Мы не должны оставлять без внимания тот упрек, что самоуправление два года ничего не делало, а сегодня тормозит согласование проекта. Семь месяцев формировать министерство –это нормально, а требовать, чтобы  за три дня в авральном порядке самоуправление согласовало проект, даже не имеющий экспертизы, и тем самым поставило крест на нашей территории в отношении инвестиций, бизнеса, сельского хозяйства, это что, в порядке вещей?
Можно, конечно, пригласить на заседания комитетов представителей правительства, но давайте сначала сами соберемся и сформулируем свои требования.
Мы имеем право не согласовать проект, и пусть правительство походит по другим самоуправлениям Литвы, поспрашивает, какое из них согласится на своей территории построить это хранилище.
Л. Гурин. У всех  у нас мнения, в принципе, одинаковые. Но я считаю, что мы не должны откладывать решение, а, напротив,  четко его  сформулировать: технический проект не согласовывается, так как в нем не отражены интересы жителей Висагинского самоуправления. А дальше, правильно, мы должны собираться и вырабатывать свои условия.
Р. Кумпис.  У меня такое впечатление, что наше правительство вытерло о Висагинас ноги и умыло руки. А Висагинас остался один на один со своими проблемами. Я лично не хотел бы никакого противостояния со станцией, как заказчиком проекта, и хотел бы пожелать, чтобы они почувствовали себя настоящими жителями нашего города и в каком-то плане даже присоединились к нашим требованиям. Потому что пройдет немного времени, и они окажутся на нашем месте. Город переживет станцию, это ясно. И у меня такое предложение к представителям заказчика: пожалуйста, обратитесь в министерство, а оно пусть обратится в правительство, пусть вычеркнут Висагинское самоуправление из списка инстанций, обязанных согласовать этот проект. Тогда вы избавите нас от этого позора и унижения. Мы ведь знаем, что этот проект хотели реализовать на территории Игналинского самоуправления, но Ропе выдвинул  свои четкие требования, и  они были обсчитаны солидными суммами. Затем  хотели подвинуть это сооружение ближе к белорусской границе, но А. Лукашенко нашел способ, как через Брюссель поставить Литву на место.
И, конечно, при более глубоком обсуждении мы найдем, что записать в социальные программы, и какие-то компенсации мы должны получить. «Наш гробик еще не закопали», то есть, станция еще производит электроэнергию, а нашу льготу  уже с июля хотят урезать. Примером для нас может служить тот регион в Польше, где построили хранилище отработанного ядерного топлива от двух медицинских реакторов, объемы ОЯТ там не сопоставимы с нашими, на порядок меньше, но они добились таких льгот, которые нам и не снились. Этот опыт надо изучить и использовать.
И сегодня, когда проект опаздывает на 2,5 года, когда он подорожал на 66 миллионов литов, нас  ставят на колени и говорят: поднимайте руки. Нельзя так издеваться над Советом, избранным жителями города. Я думаю, что атмосферу состоявшегося здесь разговора руководители проекта сумеют передать руководству ИАЭС, а те не обидятся и правильно поймут. Ведь они почетные граждане нашего города, и  должны болеть  за его судьбу.
Э. Тамонис. В Законе «О ядерной энергии», в 33 статье  есть определение: зона наблюдения вокруг ядерного объекта» и полагающиеся льготы проживающему на ней населению. Но в представленном здесь проекте я не нашел упоминания о такой зоне, в нем говорится только о небольшой санитарной зоне, непосредственно примыкающей к объекту.
В. Пеньков. Да, защитная зона в проекте есть, но зоны наблюдения нет.
В. Рачкаускас. Раз в вашем проекте нет зоны наблюдения, значит, он не соответствует, по крайней мере,  одному из законов Литовской Республики. Я так понимаю.
В. Морозов. У меня проект тоже вызывает ряд вопросов. Мы всегда четко говорили, что существует 3-километровая санитарная зона вокруг ядерного объекта. Согласно представленному здесь плану, хранилище отнесено от первого энергоблока на 1,5 километра. Поскольку этот новый объект является таким же потенциально опасным, как остановленный первый энергоблок, на котором уже почти нет ядерного топлива, то  почему санитарная зона этого объекта, где будут радиоактивные отходы,  остается прежней, а не увеличивается на эти 1,5 километра?
В. Пеньков. Наш проект  включает не только  чисто технические вопросы, но и вопросы воздействия на окружающую среду. Отчет о воздействии на окружающую среду тоже был сделан и рассмотрен всеми институциями, в том числе, и сопредельными государствами, как это требуется по процедуре. И в июле 2008 года он был утвержден Министерством окружающей среды. Все вопросы воздействия на окружающую среду, влияния на людей, флору и фауну и так далее,  рассмотрены в этом проекте и отмечено, что никакого влияния, превышающего допустимые нормы, нет.
Мы, работники станции, такие же жители Висагинаса, и очень озабочены всеми теми проблемами, которые  возникают в связи с закрытием атомной станции. Я руководитель технического проекта, и  социальные вопросы не входят в мою компетенцию. Это как раз компетенция городской власти. Наша компетенция – обеспечить безопасность, ядерную и  радиационную, при реализации этого проекта.

На этом прения решили прекратить. В. Рачкаускас в своем заключительном слове предложил подготовить письма в соответствующие инстанции, начиная с самой атомной станции, а также министру энергетики и правительству. Отразить в них как замечания по технической стороне проекта, так и  условия, касающиеся социальных гарантий для жителей города.
«Надо до комитетов продумать, что мы можем предложить. И 18 мая собраться, выработать свою позицию, подготовить пакет требований и вынести его на комитеты. А решение сегодня мы не принимаем даже по той причине, что не имеем результатов экспертизы», -сказал мэр. 
Леонид Гурин продолжал настаивать на своем предложении принять решение об отказе от согласования и сопроводить его аргументацией.
Но все-таки решили взять недельный тайм-аут и затем пойти по процедуре обсуждения вопроса в комитетах.

И завершу этот отчет коротким интервью с руководителем проекта Владимиром Пеньковым.
-Что вы думаете о состоявшемся  здесь  разговоре?
-Я понимаю, что Совет должен решать социальные проблемы города, используя все доступные средства и рычаги. Но я не понимаю, почему эти вопросы не были заданы два года назад, а только  теперь, когда должно начаться строительство. Отказ Совета от согласования технического проекта остановит все работы, в конце концов, это может вылиться  в политический скандал и в международный, потому что деньги дает Европа. А от реализации этих проектов напрямую зависит ход выполнения программы по выводу ИАЭС из эксплуатации, что, в свою очередь, было условием для вступления Литвы в Евросоюз.
Никто и ничто не остановит этот проект, его невозможно остановить. Он может задержаться, но это чревато дополнительными расходами, которые международный фонд закрытия может не покрыть, сказав: оплачивайте сами задержку проекта. В конце концов, это может опять же ударить и по Висагинасу. Если Литва вынуждена будет оплачивать задержку из государственного бюджета, где она возьмет эти деньги? Опять же, урезая социальные программы, в том числе, и по нашему самоуправлению.
И еще. Выступая в конце апреля перед членами совета Федерации профсоюзов энергетиков Литвы, министр энергетики Арунас Сякмокас сказал: «Выполнение проектов по закрытию ИАЭС опаздывает, как минимум, на два года. Соответственно, проекты дорожают и постепенно ложатся на плечи потребителей. С 2013 года, когда ЕС потребует от Литвы начать вкладывать и свои средства в процессы закрытия атомной станции, и эти запоздавшие  проекты, и финансовое обеспечение закона о дополнительных социальных гарантиях работникам ИАЭС лягут на плечи жителей Литвы».
Подготовила Зоя Шупаева

В Литве по всей стране стартует акция Caritas по сбору помощи для Украины
В Литве по всей стране стартует акция Caritas по сбору помощи для Украины

Жители смогут жертвовать денежные средства, продукты длительного хранения, предметы гигиены и быта

Все авторские имущественные права и смежные права на размещенную на сайте news.tts.lt информацию принадлежат ЗАО "Telekomunikacinių technologijų servisas", если не указано иное.
Подробнее об использовании материалов сайта