Представитель прекрасного соло
Мир молодежи 17 10 2011 3512 просмотров

Представитель прекрасного соло

Как в шутку говорил известный эстрадный артист Леонид Утёсов: «Музыкант — это не профессия, а национальность». :::В каждой шутке, как известно, есть доля шутки: представители этой творческой профессии — люди особенные, увлечённые своим делом, словом, привлекательно интересны.
Несмотря на то, что о музыке нужно писать всё же нотами, я постараюсь рассказать словами читателю о самом настоящем музыканте, побеседовав с Сепой —  постоянным гитаристом литовской группы SEL. Sepa — творческий псевдоним Эдгара Пищчикаса.
Для тех, кто «не в танке», сообщаю, что SEL — наиболее успешная и популярная в Литве группа, исполняющая танцевальную музыку (и не всегда под фонограмму) для молодёжи. Коллектив уже покорил вершину местного MTV; летом в Клайпеде отгремел их гала-концерт, который впервые в истории литовской музыкальной культуры был записан на DVD по моде западных звёзд, а недавно, к радости домохозяек, транслировался в каждом телевизоре по LNK. К тому же, музыканты успешно «оккупировали» концертные площадки Туманного Альбиона, вечнозелёной Ирландии и даже свободомыслящей Америки. Но это уже совсем другая история. 

— В детстве ты был талантливым ребёнком? С какого возраста занимаешься музыкой?
— Мне повезло родиться творческим. Заметив это, мама отвела меня на бальные танцы. Я был в ужасе: зализанные причёски мальчиков, облегающие костюмы и так далее. Тогда она предложила альтернативу — скрипку (сейчас я полагаю, что это был её хитрый ход конём). Я не знал, что такое скрипка, но на танцы идти точно не собирался, поэтому решил: пусть будет она. Таким образом, я стал играть с 6-и лет, но «под палкой». Выйдя в 14 лет за порог музыкальной школы, я поспешил избавиться от скрипки, заточив её вместе со скелетом в самый глубокий шкаф на целых 9 лет.

— Тогда каким образом ты всё-таки пришёл в эту профессию, да ещё и стал гитаристом?
— Шёл я к этому долго и неосознанно. То, что я мало занимался в детстве, полагаю, является самой большой ошибкой в моей жизни. Но в подростковом возрасте я занялся гитарой по собственному желанию. Сейчас понемногу играю на разных инструментах: губной гармошке, бас-гитаре, ударных, клавишах, хотел бы освоить и банджо. Но, всё-таки, отдаю предпочтение гитаре, скрипке и вокалу, и мне есть к чему ещё стремиться в этих направлениях. Признаться, только к 21 году ко мне наконец-то пришло «это» — чувство, что именно этим я и должен заниматься — МУЗЫКОЙ. Тогда я сделал несколько демо-записей и выложил их в интернет, после чего мне стали поступать предложения от разных коллективов. В общем, интернет всемогущ, как говорят (смеётся).

— С какими группами ты сейчас сотрудничаешь?
— В данный момент я работаю с литовской кавер-группой Dreams, выступаю вместе с родителями в семейном коллективе Asorti уже лет 20. Играл не только вместе с литовскими исполнителями Раймондой Масюлите, Виргисом Стакенасом, блюз-коллективом The Road Band, но и с Chip Jordan, Tex Robinson. Однако, основная моя деятельность в последние годы всё же кипит в одном котле с группой SEL.

— Как ты познакомился с Эгидиюсом Драгунасом (основатель и солист группы SEL – прим. автора)?
— Однажды видный и солидный музыкальный продюсер Жильвинас Жусинас оказался в моём родном городе — Висагинасе, где мы и познакомились. Он предложил мне создавать студийные записи гитарных партий для известных групп Литвы (cреди них: Berneen, Kastetas из G&G Sindikatas и другие). В их числе оказался и SEL. Помню, когда мы первый раз с ним встретились, он спросил, какую музыку я предпочитаю. Несомненно, для меня это рок, блюз и кантри. «Но на работу это не влияет» —  добавил я, услышав в ответ разочарованное: «О! Ничего у нас не выйдет». Но когда я сыграл ему на гитаре, он очень удивился, и, впечатлённый, попросил добавить немного импровизированных элементов аранжировки в его песни. После я получил от Эгидиюса предложение выступать в составе группы и на живых концертах.

— Что нового и интересного ты получил от работы с его группой?
— Сам стиль его музыкальных произведений для меня нов и неизведан. К тому же, я увидел, как организовываются самые большие концерты в Литве, работал на самых больших сценах, с лучшей аппаратурой, свето- и звукооператорами. Это, несомненно, бесценный опыт. Пришлось учиться работать в коллективе. В музыкальной школе учат солистов, не уделяя должного внимания таким аспектам, как игра, например, в ансамбле. А ещё пришлось приловчиться играть и подбирать на слух, предугадывая, как изменится мелодия через несколько тактов.

— А теперь расскажи, что в деятельности музыканта самое интересное? И самое сложное?
— Определённо, самое интересное — это сцена и ни с чем несравнимое чувство, которое приходит, когда гаснет свет, подключают аппаратуру, и тебе пора в зал, заполненный зрителями. Ты выходишь и знаешь, что нельзя допускать промахов. Сцена – это единственное место, где музыкантов воспринимают серьёзно. Не верите? Джошуа Белл — один из ведущих скрипачей мира, собирающий полные залы, провёл эксперимент: он целый час играл в метро, но никто даже не остановился его послушать. Так что взаимоотношения со зрителями на сцене — это самое главное. Но кроме этого я люблю и работу в студии, когда необходимо сочинять собственные партии и шлифовать их, как бриллианты — сыграть как можно чище.
Самое же сложное — представить музыкальную программу, которая нравится тебе, незнакомому зрителю. Любой может исполнить хит, который знают все, заслужив тем самым симпатии, громкие овации и хор подпевающих. При этом даже качество исполнения будет не столь важным. Но сыграть то, что никому не известно и заинтересовать этим других, заставить слушать и вслушиваться —  вот что настоящий вызов.

— Чем наполнены будни музыканта?
— Кроме совершенствования игры на инструментах? (Смеётся). У всех по-разному, у каждого есть свои хобби. У меня они разнообразные — начиная игрой в шахматы и заканчивая ездой на мотоцикле. В последнем меня привлекает рычание мотора, чувство свободы, ветер, скользящий по коже, неравнодушные взгляды прохожих. О байкерском движении я могу говорить часами.

— Отлично, тогда об этом в следующий раз. А сейчас поделись соображениями, какими качествами должен обладать музыкант?
— Несомненно, у настоящего представителя этого призвания должно быть чувство ритма, сценический вид, и одно из самых важных качеств — умение слушать. При этом, музыканту необходима индивидуальность, запоминающаяся особенность, собственная «фишка», харизма. Без этого ему будет труднее добиться успеха.

— И как же его добиться?
— Начнём с того, что если ты хочешь содержать успешный ресторан, приносящий доход, — тебе нужны хорошие повара, красивое помещение, приятный персонал. Так же и в музыкальном мире: надо писать песни, знать людей, которые будут продвигать их на радио и телевидение, в общем, популяризировать их. Ведь если слушатель знает твои песни — это уже половина успеха. Согласитесь, немногие пойдут на концерт неизвестной группы, если не представляют, кто это такие, пусть даже коллектив играет в разы лучше именитых звёзд.
Очень часто говорят об удаче и о том, что нужно оказаться в нужное время в нужном месте. Однако если ты не будешь обладать тем профессионализмом, который нужен — вряд ли добьешься успеха. Что касается меня: не люблю судить о себе и предоставляю это другим, ведь для кого-то я могу выглядеть очень успешным, а для другого — даже не начавшим стоящую жизнь. Знаю одно —  необходимо постоянное самообразование, иначе бездействие приведёт к деградации.

— А что насчёт таланта?
—  Полагаю, что у талантливых людей что-то получается лишь чуть быстрее, чем у остальных. Тяжёлый труд превзойдёт талант со временем. У меня были такие примеры с моими учениками (Эдгар преподаёт уроки музыки в висагинском Доме детского творчества —  прим. автора): ко мне приходили дети одного возраста и разных способностей, однако через год тот, кто казался «скорее мёртв, чем жив», превосходил самого талантливого, но ленивого. По себе знаю: каждому даётся по трудам его. Моя профессия требует полной отдачи сил и времени. Уже не помню, когда в последний раз виделся с друзьями и родными. Каждые выходные —  концерты и выступления.

— Тяжела и неказиста жизнь публичного артиста. Так за что же ты любишь свою профессию?

— А за что её не любить? Поездки, отели, угощения, музыка, постоянно новые люди — это как раз то, что мне нужно (Смеётся). К тому же, это ещё и отличная возможность путешествовать. Я уже побывал с концертами в 20 странах, среди них: Италия, Германия, Венгрия, Англия, Ирландия, Япония. На самом деле, музыка поднимает меня до небес. Я даже не могу описать это чувство: что-то внутри вздрагивает, когда всё звучит так, как тебе хочется, ты задеваешь струны, берёшь аккорд, и тебе хочется, чтобы это продолжалось ещё и ещё. Но главное, сама музыка для меня значит очень многое: творчество, лекарство, фон для общения, возможность поплакать или посмеяться, высказать или умолчать о чём-либо, словом, это моя жизнь.

— Расскажи о своей профессиональной мечте, перспективах и планах на будущее. — Я был бы счастлив играть только ту музыку, которая мне нравится, но это невозможно —  нужно зарабатывать и исполнять, что нужно кому-то. Проблема в том, что я люблю стиль, совершенно непопулярный среди литовской массовой аудитории. Это как в том фильме: Сеня, про кантри — это неактуально. Все говорят, что это плохая музыка (как вы уже заметили из реплики Драгунаса), однако скольких стоящих и профессиональных исполнителей они прослушали, чтобы сделать такой вывод? Раньше я и сам не понимал этого направления, однако когда услышал настоящее американское исполнение, а не пародию, заинтересовался этой культурой, деятелями, разновидностями стилей. Но, «молчи, грусть, молчи, Киса».
Планы у меня прямо-таки наполеоновские: возможно, лет через 10, когда я буду стоять на сцене, а зал —  подпевать мои песни, а не песни моих работодателей… Но это пока лишь идея, посмотрим, как будет продвигаться мой проект.
Было бы здорово для общего развития и собственного удовольствия поиграть и другую добротную музыку в стиле фанк, соул, джаз и им подобные, а также произведения любимых исполнителей и групп. Я был на концерте таких монстров и метров рока и блюза, как Nazareth, Buddy Guy, Steve Vai, но больше всего меня впечатлили Deep Purplе: возможно, потому что мне удалось «выловить» гитариста Стива Морса и поговорить с ним. С удовольствием я посетил бы и выступления Megadeth, The Players, Flecktones и многих других, ведь у них есть чему поучиться: технике игры, общению с публикой, движениям и так далее. Жаль, что сыграть с Майклом Джексоном мне уже явно не удастся, разве что на кинговских «Рок-н-ролльных небесах». Это был бы бесценный опыт, ведь на его концертах всё продумано и отрепетировано до мелочей, поэтому не надо переживать, что кто-то, кроме тебя, может дать маху.

— И напоследок нам скажи, не хочешь ли ты сменить сферу деятельности и попробовать себя в чём-то совершенно противоположном?
— Категорически нет. В последнее время я пришёл к выводу, что человек должен выбрать своё направление и придерживаться его, направлять всю свою энергию на достижение поставленной цели. Следую примеру Эгидиюса Драгунаса: он решил добиться высот в музыкальной культуре. SEL сказал – SEL сделал. Сейчас наша группа собирает тысячи зрителей в огромных аренах и залах, а руководитель получает огромные суммы, что в Литве в диковинку. Поэтому желаю всем сделать свой правильный выбор, набраться терпения и действовать.

— Спасибо за беседу!
На этой бодрой ноте мы и закончили такт нашего разговора. 

Автор —  участница молодёжного проекта «Точка.РУ» из Висагинаса Юлия Алехно

obzor.lt
Важно: 20 000 жителей Литвы должны поменять идентификационные карты
Важно: 20 000 жителей Литвы должны поменять идентификационные карты

Старые ID нельзя будет использовать как носители эл. подписи с 23 июля 2024 года

Все авторские имущественные права и смежные права на размещенную на сайте news.tts.lt информацию принадлежат ЗАО "Telekomunikacinių technologijų servisas", если не указано иное.
Подробнее об использовании материалов сайта