«В странах, у которых нет нефти и газа, атомная сфера становится главнейшим ресурсом политики и финансов»

Известный болгарский журналист Павел Антонов утверждает, что атомная энергетика — непрозрачная сфера, а когда политики говорят о национальном интересе и информационных войнах в связи с атомными проектами, у него возникает вопрос, от чьего имени они говорят? :::По словам журналиста, прозрачность атомных проектов — тест на демократию, который не пройден. «В атомной энергетике нет прозрачности, и это касается не только Литвы, Болгарии или России. Это общее место в этой индустрии», — утверждал журналист в интервью DELFI.
Павел Антонов уже многие годы занимается проблематикой прозрачности и манипуляциями на тему атомной энергетики в общественном сознании. В Литве в рамках проектаTransparency International он провел в Вильнюсе занятие с журналистами и побеседовал на эту тему с DELFI. Он утверждает, что общество должны критически смотреть на атомную энергетику и делать выводы, основанные на практических доказательствах и доступной информации.
— В данный момент в регионе наблюдаются в прямом смысле этого слова бои на поле атомной энергетики. Литва, Россия и Беларусь намерены строить атомные станции. Как Вы видите ситуацию, и можно ли говорить об атомных гонках, соперничестве?
— Геополитика — один из самых важных аспектов в дебатах по атомной энергетике. Разговоры и споры во всех обществах нашего региона (постсоциалистических странах — DELFI) имеют одну интересную параллель — это энергетическая независимость и зависимость от России или других источников. За последние два десятилетия было много споров по этому поводу по всему региону Восточной и Центральной Европы, в том числе и в Болгарии. С моими литовскими коллегами мы сделали очень интересное наблюдение. Все эти аргументы в разных странах более или менее одинаково используются в противоположных интересах. Например, в Болгарии атомная энергетика воспринимается в общем как российский проект. Те, кто поддерживают атомную энергетику, обычно воспринимаются как те, кто связан или поддерживает российские геополитические интересы. В Литве журналисты и эксперты, которые критикуют атомную энергетику, были бы обвинены в пророссийскости. Т.е. линия доводов та же самая: наша независимость против зависимости от России или кого бы то ни было, и используется различными силами в разных странах. Это в принципе неверная дискуссия, потому что общества должны сами критически смотреть на атомную энергетику и делать выводы, основанные на практических доказательствах и на доступной информации. Мы — маленькие государства, и, если говорить о Болгарии, только подготовительные работы в проекте атомной станции, которая строится уже 30 лет, стоили 2 млрд. евро. Для такой страны как Болгария это много денег, чтобы их тратить на что-то подобное. Мы должны отодвинуть геополитические аргументы и сфокусироваться на актуальных вопросах. В марте болгарское правительство приняло решение поставить крест на втором атомном проекте, приняло решение и отправило делегацию в Москву, чтобы информировать россиян. Ожидалось, что они будут очень недовольны, поскольку это российский проект, но, как оказалось, специалисты в России комментировали ситуацию в том ключе, что в самой России наблюдается конкуренция между атомной энергетикой и газовым сектором. В данный момент россияне, вероятно, больше заинтересованы в газовой отрасли. Поэтому, если с позиций Литвы, Болгарии, Украины или Беларуси смотреть не в черно-белом цвете, присмотреться к деталям, то оказывается, что не только у России есть свой интерес.
— Литва стремится быть энергетически независимой от России и, по мнению руководства страны, строительство атомной станции в этом ей поможет…
— Да. В Болгарии власти говорили бы абсолютно противоположное: Если мы построим еще одну АЭС при финансировании России, то станем еще более зависимыми. Таким образом, две страны используют аргументы в абсолютно разных направлениях. Это указывает на то, что что-то с этим аргументом не так. Это не Россия против Запада, все не так просто и не такое черно-белое. За последние 20 лет в Болгарии было очень сложно получить информацию о фактах. У нас была лишь одно издание, которое задавало вопрос, выгодны ли нам экономически нам атомные проекты, сколько это будет стоить и т.д. Такие проекты, в общем, очень непрозрачны. Я думаю, вы должны проверить это и здесь. В конце концов, отсутствие экономической выгоды стало главным поводом для Болгарии и России прекратить этот проект. Россия — это не монстр, там есть разные люди и силы.
— У Литвы много вопросов к России по поводу Балтийской АЭС, и Литва утверждает, что ответы на эти вопросы до сих пор не получены. Обе стороны не могут обсуждать вопросы атомной энергетики, поскольку с российской стороны нет прозрачности.
— Нет прозрачности, и это касается не только Литвы, Болгарии или России. Это общее место в этой индустрии. Все большие индустрии, связанные с энергетикой, связаны с непрозрачностью. И атомная энергетика в частности, вопросы безопасности — это всегда является причиной не предоставлять информацию обществу. Вы можете сказать, что Россия не является демократическим государством. А в Литве или Болгарии, у нас есть прозрачность? У меня есть перечень случаев, когда информация скрывалась от общества. Это проблема атомной индустрии. Проблема в том, что Россия, Франция или США построят АЭС. У нас есть источник непрозрачности, давления на демократические институты и журналистов. Наши общества не получают выгоды от этих проектов. У нас есть другие возможности для энергетической независимости от России. Не лучше ли сделать институты общества более демократическими?
— Не могли бы Вы назвать примеры непрозрачности атомных проектов?
— В интернете вы найдете по крайней мере 10 случаев, когда правительство Болгарии скрывало информацию о происшествиях. Я могу привести массу примеров этого.
— Непрозрачность в атомной энергетике проблема постсоциалистических стран?
— Нет. Это общая проблема для более слабых или недемократических государств и даже развитых стран. Здесь я могу сослаться на своих коллег из британских изданий, которые годами работают над вопросами атомной энергетики, и журналисты сталкиваются со сложностями в получении информации.
— Иными словами, прозрачность в вопросах атомной энергетики — это своего рода тест на демократию?
— Да, и не пройденный тест. И это еще больший тест для развитых демократий. В оптимальной ситуации вы бы доверяли чиновникам, а насколько мы доверяем им в наших странах? Вы должны быть честными, и речь не только об атомной энергетике. В наших странах, у которых нет нефти и газа, атомная сфера становится главнейшим ресурсом политики и финансов. Поэтому мы очень к этому чувствительны.
— Что вы думаете о референдуме? Почему не все политические заинтересованы в его проведении?
— В Болгарии вопрос референдума был вынесен для обсуждения более 10 раз различными политическими игроками. Суть заключалась в том, что если идет референдум и есть контроль над СМИ, вы можете формировать общественное мнение. И результат референдума может быть таким, какой вам нужен. Десять лет назад, когда Интернет не был так развит, в Болгарии СМИ были проатомными, и происходила манипуляция общественным мнением. У вас может быть референдум, если есть информированность общества, хорошо работающих журналистов, независимые СМИ.
— Люди хотят меньше платить за электричество.
— Мы подходим к экономическим доводам. Может ли кто-нибудь сказать, что электроэнергия будет дешевле? Утверждается, что это самый дешевый и чистый источник энергии. Но есть доказательства, что это не будет столь дешевым. И развивающиеся страны все больше смотрят в сторону снижения потребления энергии. Это трудный выбор, поскольку существующая модель капитализма требует большего потребления, но все больше и больше стран инвестируют в снижение потребления, внедрения альтернативных источников и не полагаются на крупные, непрозрачные энергетические проекты, такие как атомные.
— Литва чувствует давление с российской стороны в том, что касается атомного проекта. Утверждается, что Россия оказывает давление в международных структурах.
— Я не верю, что Россия это делает. Мы можем бесконечно спекулировать, но я не думаю, что Россия настолько сильна, чтобы уводить инвесторов. В Болгарии за последние годы Россия всегда хотела вливать средства, но Болгария стала более интегрирована с Европой, и болгарское правительство стало искать западных инвесторов. Почти десять лет банки говорили, что не будут инвестировать в атомный проект, в конце концов, и Россия сказала, что проект невыгодный.
— Атомный проект становится политическим вопросом для политиков внутри страны?
— Это раскрывает наша ситуация в Болгарии. У нас была большая дыра, в которую было вложено 2 млрд. евро, которые разошлись по карманам, в том числе и по карманам политиков и владельцев СМИ.
— Прозрачность — это ответ на проблемы?
— Транспарентность в том числе и прозрачность главных финансовых игроков проекта. Чем проект выгоден и кто те люди, которым он выгоден? Это занимает время, но работает. И журналисты могут соответствующе информировать общество, это не просто, но они могут. Когда политики говорят об информационной войне Литвы и России, национальных интересах, у меня возникает рефлекс как у журналиста: кто вы и от чьего имени говорите? Они делают вид, что говорят от моего имени, но это им нужен этот проект, чтобы сделать на этом деньги, а не мне, не моим детям.
ru.delfi.lt